Первый страдалец из рода Романовых на Пермской земле - Ныробский узник боярин Михаил Никитич и вопрос о его канонизации.

8 января 2014 года

Память о династии Романовых – «романовская тема» -  особенно близка жителям Перми. Пермская земля стала голгофой для нескольких представителей этого славного боярского, а затем и царского рода, с которым связано становление православно-монархической государственности в России, ее блистательный расцвет и трагический закат. 

В 1918 году на территории Пермской губернии были расстреляны или иным образом замучены император Николай II c cупругой и детьми, его младший брат великий князь Михаил Александрович, великая княгиня Елизавета Федоровна, великий князь Сергей Михайлович, князья императорской крови братья Константиновичи.

Вглядываясь в печальные страницы нашей истории, мы можем сказать, что страдания и кончина Ныробского узника - Михаила Никитича Романова прообразовали собой предстоящий мученический подвиг последних представителей династии Романовых, совершившийся на Пермской земле. В этих событиях видится трагическая связь времен и особый Промысл Божий. 

Далекий северный поселок Ныроб  на протяжении четырех столетий  остается святым почитаемым  местом, куда устремляются многочисленные  паломники со всей православной России. С давних пор на Пермской земле существует  устойчивое убеждение, что за безропотное перенесение страданий получил Ныробский узник особую благодать и милость от Бога. В сознании  народа  неизменным сохраняется  светлый образ  мужественного русского богатыря, с христианской кротостью и смирением принявшего  крест страстотерпца.

Страстотерпчество – духовный подвиг, известный на Руси со времен установления христианства. Слово Божие учит нас, что промыслительно посылаемые христианину страдания благотворны для его души и содействуют достижению  вечной жизни со Христом: «Многими скорбями надлежит нам пойти в Царствие Божие» (Деян.14, 22). «В богослужебной практике и житийной литературе слово «страстотерпец» стало употребляться в применении к некоторым российским святым, которые не были мучениками за Христа в строгом и прямом смысле слова, но окончили свою жизнь насильственной смертью от руки «противников», попавших в «сети диавола, который уловил их в свою волю» (Тим., 25-26).Таковыми «противниками могут быть жестокие, одержимые страстью гнева или гордыни люди: мятежники и убийцы, борющиеся за овладение властью или за удержание ее…»  . 

Первыми русскими святыми - страстотерпцами  стали прославленные в 1078 году благоверные князья Борис и Глеб. Преподобный Нестор Летописец в «Повести временных лет» подчеркивает принятие ими мученической смерти не от рук гонителей христианства, а от своих единоверцев и даже от близких себе людей в силу их зависти и ненависти, боязливости и неверности, лживости и лицемерия, жажды власти, богатства и славы человеческой, и действия прочих греховных страстей. Становится очевидным особый характер их подвига – смиренная покорность воле Божией, утверждаемая на глубокой вере в слово Божие и будущую жизнь, соединенная с даром благодатной жертвенной любви, простирающейся даже до врагов своих и проявляющейся в кротком терпении зла от них  .  

За многовековой период существования Православия на Руси благодать Божия возрастила в Церкви Русской  целый  сонм святых страстотерпцев. Среди них наиболее известны благоверные князья: Ярополк Владимиро-Волынский, Игорь Черниговский, Андрей Боголюбский, Георгий Владимирский, Василий Ростовский,  Михаил Черниговский, Роман Рязанский, Михаил Тверской, Константин Ярославский, царевич Димитрий Угличский. Замыкают  эту чреду  святых  страстотерпцев  последний государь из Дома Романовых - император Николай Александрович с супругой и детьми, в 2000 году прославленные Русской Православной Церковью в сонме святых  новомучеников и исповедников Российских. 

 Известно, что царственные страстотерпцы глубоко почитали своего далекого предка – Михаила Никитича Романова. В тяжелый период  ареста и  заточения  кроткий образ ныробского страдальца   находился перед их внутренним взором, укрепляя в горькие минуты,  вселяя в их души  терпение и мужество. 

Михаил Никитич - третий сын Никиты Романовича Юрьева - родился  предположительно около 1560 года. По воспоминаниям современников он отличался красивой внешностью и добродушным нравом – статный, ясноглазый, с русой бородой. Обладая незаурядной, поистине богатырской физической силой, любил участвовать в кулачных боях на Москве реке .  Михаил Никитич, так же как и его братья, получил старинное московское воспитание. Кроме того, для своего времени он был весьма образованным человеком, занимался изучением латыни и английского языка. 

Михаил Никитич не был  женат. В старинных родословных списках он  значится бездетным , жил  в отдельной усадьбе на Никольской улице, неподалеку от Варварки .  Из родовых владений Михаилу Никитичу принадлежало Измайлово. Согласно своему статусу Михаил имел свиту и боевую дружину. В течение 14-летнего царствования Федора Иоанновича жизнь братьев Никитичей протекала вполне благополучно. Царь Федор уважал своего дядю Никиту и любил своих двоюродных  братьев. В этот период Михаил Никитич служил при дворе стольником.      

В 1598 году по смерти  царя Феодора, не оставившего по себе наследника, при дворе началось соперничество двух влиятельных семейных кланов - Романовых и Годуновых. Более сильная партия Годуновых восторжествовала. Братья Романовы, в том числе и Михаил Никитич, в апреле 1598 г. подписались под Соборным определением об избрании царем Бориса Федоровича Годунова. 

Надежды Романовых на милостивое отношение к ним Бориса Годунова поначалу оправдывались. В 1598 году царь  пожаловал двоих братьев Никитичей  высшими думными чинами: Александра – саном  боярина, а Михаила – окольничего. Чин окольничего позволял  теперь Михаилу заседать  вместе со старшими братьями в   Боярской думе.

 Однако, относительно благополучная жизнь Никитичей при дворе вновь избранного царя продолжалась недолго. Романовы имели перед Годуновым в отношении родства с угасшей династией Калиты весомое преимущество, и поэтому братья неизбежно являлись  для Бориса Годунова  серьезными политическими соперниками. Начало гонений на Романовых связано с тяжелой болезнью Годунова и появившимися тогда слухами о чудом спасшемся от смерти царевиче Димитрии. Оба эти обстоятельства заставили царя Бориса серьезно  обеспокоиться  судьбой своего наследника. Начиная преследование Романовых, Борис Годунов «брал грех на душу» ради династических интересов сына царевича Федора Борисовича. Серьезно заболев, Борис Годунов испугался, что он не успеет укрепить свое царство настолько, чтобы власть спокойно перешла к его сыну Феодору .

2 ноября 1600 г. Романовы были арестованы по обвинению в тягчайшем государственном преступлении -  колдовстве и полгода томились в заключении. По завершении судебного процесса в июне 1601 г. состоялся боярский приговор. Братья были объявлены  государственными преступниками и приговорены к ссылке.  Феодора сослали в  Антониево - Сийский монастырь, Александра - в Усолье-Луду , к Белому морю, Ивана, - в Пелым , Василия, - в Яренск, Михаила  - в Великую Пермь, в Ныроб.   

Молодой красавец Михаил Никитич, хотя и жил отдельно от братьев, был также обвинен в заговоре.  Михаил Никитич   как и его старший брат Федор был очень популярен в народе, его прямой и открытый нрав, мужественная натура, богатырское телосложение вызывали особые опасения у противников. Поэтому для содержания под арестом этого человека были изготовлены особые кандалы, весом более трех пудов (пятидесяти кг).  

Глухая деревня  Ныробка, куда приказали сослать Михаила Никитича, находилась в 45 верстах от Чердыни и была  в начале XVII века  самым северным русским поселением Перми Великой. Она была расположена в окружении глухих лесов и топких болот и  насчитывала всего шесть крестьянских дворов. 

В июле 1601 года братьев Никитичей  и их родственников выслали из Москвы. До Ныроба Михаилу Никитичу и охранявшей его  конной страже нужно было преодолеть расстояние более  1700 верст. Дорога на Урал продолжалась не менее  двух – трех  месяцев. Михаила Никитича везли в тяжелом возке, поставленном на сани.

Осенью 1601 г. закованного в тяжелые цепи Михаила Никитича привезли в Ныроб.  По приказу начальника стражи пристава Тушина, в пятидесяти  шагах от последней избы, стражники вырыли в земле яму размером с кубическую сажень . Дошедшее до нас предание повествует, что Михаил Никитич, увидев приготовленную для него яму,  пришел в отчаяние. В порыве нахлынувшего гнева, он схватил стоявший около него возок, который и шесть стрельцов едва могли  сдвинуть с места, и отбросил ее от себя в сторону на несколько шагов . 

По приказу Тушина  стражники столкнули Михаила Никитича в яму, накрыв ее  настилом из еловых плах, заваленных земле, дерном и камнями. Сверху было оставлено  небольшое  отверстие для воздуха и подачи пищи. Оказавшись в сырой яме,  на земляном полу,  молодой и полный жизненных  сил боярин почувствовал себя заживо погребенным.

Для Михаила Никитича потянулись страшные дни.  Пища узника состояла только  из хлеба и воды.  В яме было сыро, холодно, душно и смрадно от нечистот, которые никто не убирал. Потомок славного рода, с детства привыкший к богатству и роскоши, должен был переносить голод, холод,  удушье, тяжесть оков, вызывавших на теле раны. Сохранившиеся оковы Михаила Никитича позволяют описать тяжесть причиняемых ими страданий: железный ошейник, «плечные железа или так называемый стул», ручные оковы, длинные цепи на ногах, два десятифунтовых замка. Все цепи  были соединены между собой. При таком устройстве, чем дальше узник протягивал руки, чем выше он их поднимал, тем больше тяжести на них ложилось: сопротивление возрастало с напряжением. Возможность передвижения полностью исключалась. Два десятифунтовых замка, достигая земли, при каждом шаге били заключенного по ступням, длинные цепи ударяли по ногам и  тащились по земле. Система подавления воли узника была тонко продумана – «от таких надежных сторожей можно было уйти разве только в могилу» .  Но, конечно, еще тяжелее были душевные страдания Михаила Никитича, переносившего незаслуженное наказание и крайнее унижение.    Оказавшись в заточении, узник черпал силы в молитве. Сохранилось  предание о том,  что несчастный боярин  духовно укреплял себя пением псалмов и церковных песнопений. Он  пел так умилительно, что жители Ныроба сходились его послушать» .      

Зимой страдания узника еще более усилились. С наступлением сильных холодов в землянке сделали небольшую печь, которую узник сам должен был топить подаваемыми ему в отверстие дровами. Только живая вера и могучее  здоровье помогли узнику пережить в земляной темнице суровую северную зиму. К весне его мучения были доведены стражниками до крайности. Одежда на нем истлела. От голода и холода он совершенно изнемог. Желая поскорее вернуться в Москву, стрельцы решили уморить узника голодом и почти перестали давать ему пищу.  Тогда потрясенные мужеством и терпением узника ныробцы стали проявлять к нему заботу и сострадание.  Они научили своих детей носить ему молоко, масло, квас и другую пищу в трубочках дягиля , заклеенных хлебным мякишем. Играя у ямы, дети незаметно бросали узнику еду. Очевидно, духовный подвиг Михаила Никитича, терпеливое перенесение им страданий помогли ныробцам разглядеть в нем святого страдальца, ниспосланного им Богом для духовного заступничества . Однако Тушин вскоре выследил детей и их родители – пятеро ныробских мужиков были арестованы и отправлены на дознание в Казань, откуда вернулись живыми только четверо.

Обстоятельства смерти Михаила Никитича  остаются загадкой для современников и потомков.  Местное предание повествует, что  однажды спустившись в яму, начальник стражи Тушин  задушил узника.

Михаил Никитич  был погребен на взгорке, в нескольких саженях от своей ямы.

Через пять лет после его смерти последовал указ Лжедмитрия I о перенесении в Москву тел усопших братьев Романовых.   Когда присланные из Москвы люди извлекли тело Михаила Никитича из могилы, то обнаружили, что оно нетленно. Останки боярина увезли в Москву, а его цепи, в которых он принял мученическую смерть, оставили в Ныробе. Послы Лжедмитрия I  оставили ныробцам  также золотой нательный крест Михаила Никитича, который потом хранился при чудотворной иконе святителя Николая в Ныробе .

Народное почитание Михаила Никитича как местного святого началось сразу после его кончины. В 1613 г. на престол русских царей Земским Собором был  избран родной племянник Ныробского узника  – Михаил Федорович Романов.  С тех пор село Ныроб навсегда стало святым местом для богомольцев и  предметом особенных забот и попечений со стороны Царствующего Дома. 

В 1614 г. Михаил Федорович повелел воздвигнуть в Ныробе деревянный храм  «на вечное поминовение»  своего дяди. На рубеже XVI - XVII вв. был сооружен  каменный храм во имя святителя Николая.

В 1736 г. над местом прежнего погребения Михаила Никитича построили  церковь, освященную  в честь Богоявления Господня. Позади левого клироса, в нише у северной стены было устроено символическое надгробье Михаила Никитича с сенью и горящей лампадой.  Рядом с гробницей в особом ящике хранились железные оковы Михаила Никитича  -   главная святыня и ценнейшая вещественная реликвия Ныроба, которая благоговейно  почитается верующими до сих пор .  Богомольцы  старались надеть на себя оковы Михаила Никитича и простаивали в них обедни и панихиды, совершаемые над гробницей страдальца  . Существовала также традиция просить  благословения у ныробского узника  на крепкий и счастливый  брак: «по окончании венчания к цепям прикладывались новобрачные» . 

Местом поклонения в Ныробе также издавна считалась  яма-темница Михаила Никитича. В 1793 г.  по указу императрицы Екатерины II  - над ямой была построена каменная часовня во имя Архангела Михаила . Справа от входа в часовню на южной стороне была  начертана летопись печальных событий. В углу часовни находилось отверстие для спуска в яму. Многие богомольцы увозили с собой  горстку песка из темницы узника, полагая, что он имеет силу исцелять от болезней  .     

Днем  кончины Михаила Никитича было принято считать 6 сентября по старому стилю – день, когда Церковь вспоминает Чудо Архистратига Михаила в Хонех. Ежегодно в этот день в Ныроб  стекалось до 6000 паломников .     В 1913 г. в связи с празднованием 300-летия дома Романовых вокруг часовни узника был устроен сквер и металлическая ограда, украшенная двуглавыми орлами. 

3 мая 1915 г. в Ныробе состоялось  открытие мемориального комплекса, освящение отреставрированной часовни и вновь построенной Романовской богадельни – странноприимного дома или приюта для пожилых. В торжествах принимал участие будущий священномученик епископ Пермский Андроник .

Очевидно, что во время юбилейных Романовских торжеств в кругах пермской общественности возникла идея прославить в лике святых Ныробского узника Михаила Никитича. Одним из  активных сторонников  канонизации стал  управляющий Пермской казенной палатой Николай Александрович Ордовский – Танаевский. В своих воспоминаниях он утверждает, что  в 1913 году ему довелось обсуждать этот вопрос с императором Николаем Вторым  во время  Высочайших аудиенций. 

Желание пермяков канонизировать ныробского узника и видеть на торжествах прославления царскую чету  было столь сильным, что даже  Первая мировая война не помешала делать шаги на пути  его осуществления. В 1916 г.  епископ Пермский  Андроник  вместе с общественной депутацией    отправился на фронт, чтобы преподнести воинам 101-го Пермского пехотного полка древнюю знамя - хоругвь , исторически связанную с именем пострадавших братьев Романовых. Эта хоругвь происходила из храма села Верх-Яйва, построенного Иваном Никитичем Романовым на старинной Бабиновской  дороге, по которой везли ссыльных братьев  Михаила, Василия и Иоанна. 

19-го августа 1916 года в Царской Ставке представители Перми  были милостиво приняты государем Императором Николаем Александровичем, который высказал намерение посетить Пермский край в благоприятное время. 17 апреля 1916 г. Ордовский - Танаевский, тогда уже Тобольский губернатор, вновь обсуждал вопрос о канонизации Михаила Никитича с Императрицей Александрой Феодоровной в Царском Селе. 

Вышеперечисленные факты свидетельствуют о том, что Император Николай Александрович и Императрица Александра Феодоровна были намерены содействовать канонизации боярина Михаила Никитича Романова.  Желание принять участие в торжествах прославления Ныробского узника было высказано царской четой вполне определенно, однако  осуществить задуманное не удалось из-за трагических событий революции и убийства царской семьи .      

Сегодня все окрестности Ныроба являются режимной территорией. В 1990-е годы началось духовное возрождение романовских мест.  Церкви возвращен Никольский храм, в котором с 1995 года регулярно совершаются богослужения. Символично, что ремонт  храма был произведен силами заключенных, ими же был  изготовлен резной иконостас. Большинство населения, теперь проживающего в Ныробе, так или иначе, связано с функционированием колонии, поэтому, как и в старину, жители Ныроба считают Михаила Никитича своим небесным покровителем.  В июле 1998 года место страданий знаменитого узника посетили представители династии  Романовых  ныне покойная великая княгиня Леонида Георгиевна с дочерью и внуком. Ежегодно 19 сентября в Ныроб стекается множество паломников со всей России и зарубежья, чтобы отслужить панихиду на месте страданий боярина Михаила Никитича Романова. Совместными усилиями Чердынской администрации, Пермской епархии и культурной общественности Пермского края в Ныробе постепенно  воссоздается мемориальный комплекс, отреставрирована и освящена часовня над ямой-темницей Ныробского узника, идет сбор исторических материалов и свидетельств его благодатной помощи, регулярно проводятся научно-практические конференции.